Адвокатская практика
Базанова Юлия Геннадьевна, юрист, адвокат КА «Партнеры». С 1998 по 2011 г.г. – сотрудник прокуратуры и следственного комитета. Имеет благодарственные письма от заместителя генпрокурора и руководителя приемной Президента в Пермском крае.
В Пермском крае квартирные аферисты, оставившие людей без жилья и денег, спокойно живут. Кто помогает дельцам уйти от наказания и никак не может найти в их действиях состав преступлений?
Красивые картинки
Пермячка Людмила Полякова решила купить две своих квартиры для себя и для матери-пенсионерки, у которой больные ноги, в доме с лифтом.
Знакомая риэлтор Светлана Брэссэм познакомила с Романом Ильясовым, коммерческимдиректором ООО «Ильком». Он пообещал продать две квартиры в новостройке.
Людмилу пригласили в офис, показали красивые картинки высотки по ул. Челюскинцев,23. Когда она попросила посмотреть на месте, то ей сказали, что пока нельзя – идет отделка помещений. 23 июня 2010 года был заключен договор аванса, 9 августа – предварительный договор купли-продажи. По ним Ильясов получил шестьсот тысяч рублей. Для окончательного расчета женщины взяли кредит под залог единственной квартиры.
Галина Гладилова, мать Поляковой:
-Мы остались без денег, с кредитом, и в «заложенной» квартире. Знакомые уступили нам квартиру в той новостройке на Челюскинцей. Они согласились на оплату в рассрочку. Мне пришлось работать, чтобы платить кредиты, почти до 78 лет. Потеряла здоровье. На одной ноге сделали операцию, теперь на другой надо коленный сустав менять, а это – 200 тысяч! Бесплатно все отменили. На днях я микроинсульт перенесла…А этот человек никакой ответственности за то, что сделал, не понес.
Ущерб, который с учетом всех обстоятельств понесла семья, они оценили свыше одного миллиона семисот тысяч рублей.
Юлия Базанова, адвокат:
-Людмила Полякова в мае 2012 года пришла ко мне на прием в Приемную Президента в Пермском крае. Я посмотрела, что в договорах был такой пункт, что деньги не возвращаются. То есть, человек приносит деньги, отдает - и все.Суд признал эти договоры не соответствующими Гражданскому кодексу. Ильясов в суд не являлся, заочное решение было вынесено 22 ноября 2012 года. Суд обязал вернуть деньги. Решение никто не обжаловал, а фирму продал в Дагестан. Возникает вопрос – как это все вообще происходило?
В июне 2013 года мы обратились в Ленинский РОВД с заявлением о привлечении Романа Ильясова к уголовной ответственности по ст.159 УК РФ (мошенничество).
С этого момента начинаются хождения по мукам адвоката и ее доверителей. Только спустя месяц после первого заявления было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в действиях Ильясова состава преступления. Мотивировка «отсутствие возможности установить и опросить» .
Это решение было отменено прокурором, материал был возвращен для дополнительной проверки. Ильясова допросили, но снова – отказ в возбуждении дела. Обращались с жалобой в Главное следственное управление ГУ МВД по Пермскому краю, были на приеме у Андрея Подоляна, заместителя начальника полиции по оперативной работе. Как выяснилось, Ильясов никакого отношения к этим новостройкам на Челюскинцев не имел, никаких квартир у него там не было. Но, несмотря на собранные материалы, снова пришел отказ в возбуждении уголовного дела, утвержденный заместителем начальника городского УВД.
В постановлении было указано, что Ильясов, возможно, совершил мошенничество, но в сфере предпринимательской деятельности, а для привлечения к уголовной ответственности истек срок.
Юлия Базанова:
-Согласно обзору судебной практики от 4 декабря 2013 года, для квалификации действий по ст.159.4 УК РФ необходимо, чтобы лицо официально занималось соответствующим видом предпринимательской деятельности. В случае с Ильясовым, у него в учредительных документах не было заявлено, что он занимается куплей-продажей недвижимости. Поэтому, это надуманные, то есть незаконные основания для отказа в возбуждении дела по ч.3 ст.159 УК РФ (мошенничество).
«Родственница»
Пенсионерка Парасковья Ивановна Посягинаболеесемь лет пытается вернуть похищенную квартиру своей тети - инвалида, которая уже умерла, так и не дождавшись восстановления справедливости.
Парасковья Посягина:
-К моей тете Ирине Саначевой начала приходить незнакомая для нашей семьи женщина Анна Бухалова. Не знаю, как они познакомились, и кто ее привел, но она стала часто бывать в доме. А потом – у Саначевой квартиры пропал паспорт. Я помогла оформить новый. Как потом выяснили, по утраченному паспорту за нее еще и пенсию получали.
Состояние здоровья пожилой женщины ухудшалось, и Парасковья Ивановна забрала ее к себе в квартиру, чтобы ухаживать за больной. Следить за квартирой было некому.
Однажды позвонила старшая по дому, в котором жила Саначева, и обеспокоенно сообщила, что в ее квартиру заселились чужие люди.
Обратились в полицию, но там заявили, что Саначева подарила квартиру Бухаловой, которая является ее…родственницей.
Парасковья Посягина:
-Выяснилось, что по утраченному паспорту оформили доверенность на адвоката Дернову. Якобы Саначева поручила ей подарить свою квартиру. Договор дарения на Бухалову оформляла уже адвокат. Она получила не только квартиру, но и вклад Саначевой, а также все вещи, которые были в квартире.
С тех пор дело так и не сдвинулось, кочуя из прокуратуры в следствие, и обратно. Разбираться в нем по существу никто не хочет.
Юлия Базанова:
- Бухалова продает, или якобы продает, квартиру своему сыну. Такой вот способ получить добросовестного приобретателя – и квартирка в семье осталась. Из-за бездействия прокуратуры и полиции, чтобы не пропустить срок для обращения в суд, Парасковья Ивановна пыталась оспорить договор дарения, но это был неравный бой…
На протяжении многих лет Саначева страдала церебральным атеросклерозом. С 2005 года соседи жаловались на ее неадекватное поведение, в 2008-м - было установлено серьезное психическое расстройство, она была признана недееспособной. Из этого следует, что на момент заключение сделка она не могла осознавать свои действия и руководить ими.
Юлия Базанова:
-В соответствии с Постановлением Пленума Верховного суда «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»…использование чужих, личных документов должно быть квалифицировано как обман. Следовательно, в данном случае все эти действия являются объективной стороной мошенничества. Именно на это прокуратура и полиция должны были акцентировать внимание.
Кроме того, в деле замешана адвокат, которая является специальным субъектом. Поэтому проверку по данному факту должен проводить следственный комитет.
Ни о чем не спрашивай!
Жизнь семьи Ирины Петрушевской почти десять лет назадразделилась на «до» и «после». До – она - мастер спорта, профессиональная артистка балета, сотрудник успешной фирмы с двумя высшими образованиями, мама и счастливая бабушка недавно родившейся маленькой внучки, а после – дочь с ребенком ходит «по людям», сама - без жилья и работы, инвалид после операции на сердце, постоялица социальной гостиницы.
Ирина Петрушевская:
-Работала там администратором. Я не имею вредных привычек, а соседи постоянно пили, я на них жаловалась. За это они подсыпали мне в еду толченое стекло. Я чудом спаслась.
Все, что произошло в жизни семьи – это не стечение каких-то роковых обстоятельств, а результат конкретных действий одного человека – Андрея Замрий, - считает Ирина.
-Рранее был дважды судим за мошенничество, вышел досрочно.
Об этом Ирина узнала слишком поздно, хотя познакомились они много лет назад, так как Замрий был детским тренером, а Ирина занималась спортом. Потом он пригласил ее работать в свою фирму «Пермгарантстрой».
В 2005 году предложил помочь решить проблемы с жильем. Ирина с дочерью и внучкой жила в одной из комнат двухкомнатной квартиры.
Замрий предложил женщине продать свою долю, купить комнату, а в дальнейшем - вложить деньги в строительство коттеджа. В общем, золотые горы и убеждения, что относится к семье Ирины, как к родным людям.
Ирина Петрушевская:
-Он все повторял, что ты мне должна доверять, иначе я ничего делать не буду, ни о чем не спрашивай. – все будет хорошо!
Мы продали свою долю за пятьсот тысяч рублей. Деньги на руки мы не получили, он тут же сказал, что нашел комнату за триста восемьдесят тысяч. Ее оформили на мою дочь. Потом он находит покупателя на эту комнату, обещая, что мы получим на руки шестьсот тысяч рублей и сможем вложить деньги в долевое строительство. Мы не успевали даже опомниться и понять, что происходит. Но когда нужно было ехать на сделку, он сказал, что поедет одна моя дочь.
Юлия Королькова:
-Мне на тот момент было 18 лет. Дома – грудной ребенок.Шесть часов в регистрационной палате провели, потом они меня привезли в какой-то офис, где был нотариус Сокол и некто Сатаров. Замрий стал уговаривать, чтобы я написала доверенность на Сатарова, и поехала спокойно домой, к ребенку. Он просто воспользовался моим психологическим состоянием, наглым образом выпросил у меня деньги. И я подписала доверенность, в которой, оказывается, было написано, что имущество потом можно подарить жене Сатарова.
Она вернулась домой без денег, без документов. Ирина уже поняла, что они остались на улице. А Замрий пропал.
Десять лет пермская полиция и прокуратура не находят в этих действиях состава преступления. Он не был признан не только виновным, но даже подозреваемым.
При этом, как выяснилось, на этого спортсмена возбуждено 18 исполнительных производств. Пострадавшие уже провели свое расследование, нашли его по месту жительства в трехкомнатной квартире, но им отказали в аресте этого имущества, сославшись на то, что у него – это единственное жилье…
Юлия Базанова:
- Отсутствует прокурорский надзор за работой правоохранительных органов. Во всех этих случаях мы видим – не халатность, а умышленное неисполнение должностными лицами своих обязанностей. Прокурорские работники перестали писать рапорты на этих должностных лиц, как это было ранее.
Продолжение истории Ирины Петрушевской и комментарии по злоупотреблениям должностных лиц читайте в следующем номере.
