Помогали взрослым как могли

1 февраля 2016

Всем, кто последние полвека имел к системе дошкольного образования хоть какое – то отношение (учился или работал) хорошо известно это имя – Нина Яковлевна Шибанова.

       Нина Яковлевна – кандидат педагогических наук, отличник народного просвещения, заслуженный учитель Российской Федерации. Высокая, статная, красивая, интеллигентная. Умная, уверенная в себе, располагающая к общению.  Всеми уважаемая и почитаемая. Она не скрывает своего возраста, да это и понятно – выглядит она значительно моложе…
Свыше пятидесяти лет Нина Яковлевна работает в области подготовки и переподготовки работников дошкольных образовательных учреждений, отдавая любимой профессии, дошкольному образованию Пермского края, знания, силы, время.
Много лет находясь в довольно близком, дружеском контакте, горжусь и ценю наши отношения. Зная биографию Нины Яковлевны, давно прошу ее поделиться своими воспоминаниями военных лет. Наконец, она согласилась. Читаем…

    - Чем дальше от нас Великая Отечественная война, тем ярче пережитое в детстве. Ежегодные напоминания о войне накануне 9 мая, победоносном сражении на Курской дуге под Прохоровкой, которое проходило на наших глазах, вызывают глубокие эмоции.
     Лето 1941 года.  Мне исполнилось 6 лет, брату Коле – 12 лет. Родное село Нагольное Кривцовского района Курской области расположено на расстоянии одного километра вдоль железной дороги, которая разделила наше и прохоровское поля. О войне знавали по слухам. Радио в селе не было. Все мужчины ушли на фронт. Первые вести об ужасах, которые творили фашисты, узнали от беженцев. Днем и ночью взрослые с детьми, младенцами, уставшие, испуганные шли, не зная, где будет остановка. Иногда задерживались на ночь. Бежали из Молдавии, Украины, Белоруссии…
     Село готовилось к войне. Старики, женщины копали окопы. Немцы пришли к нам в 1941 году с первым снегом. Рано утром все проснулись от стрельбы. Пули хлестали по окнам, стенам. на некоторых постройках загорались соломенные крыши. Паника, крики, слезы, страх…Выгорела половина села. Сгорела школа. Наша хата. уцелела. И тут же с грохотом, ревом со стороны железной дороги по полю, огородами сплошной стеной двигались немецкие танки, орудия, машины, солдаты. В огороде поставили несколько орудий стволами в сторону ст. Ржава. Там, по слухам, находились наши. Во дворе остановилась огромная полевая кухня. Солдаты переловили кур, выгребли все овощи из погреба. Нас выгнали из хаты. Идти было некуда. Погреб в огороде надолго стал нашим основным пристанищем…
     Бои шли постоянно. Раненые, убитые. Все происходило на наших глазах… По середине села быстро увеличивалось немецкое кладбище. Женщин, стариков заставляли копать могилы. Постепенно стрельба становилась реже. Возвращавшиеся с передовой немцы привозили на санях – розвальнях замерзшие трупы. Жуткое зрелище. Долгие годы они снились мне в страшных снах.

Всю молодежь от 14 лет отправили в Германию. Забрали и мою двоюродную сестру Катю. Вернулась она в конце войны. После того как разбомбили поезд, который вез их куда – то из Германии, она вместе с другими попала к нашим солдатам.  Всех отправили в Свердловскую область. Строили город Первоуральск и Новотрубный завод. Там она с семьей осталась жить и работать.
    Ушли немцы из села весной 1942 года с первой потайкой снега. Собрались быстро. Как ветром сдуло. Мы, наконец-то, оказались дома.

…Наши войска в село вошли с песнями. Радости не было конца.  Все село «бежало» встречать солдат. Нагольное стало тылом. С передовой приезжали солдаты на короткий отдых. Везли раненых. Вместе со взрослыми мы ухаживали за ранеными: кормили, поили, лечили. Стирали бинты, учились перевязывать. Тяжелораненые стонали, плакали от боли, и мы вместе с ними. Легкораненых санитары, врачи подлечивали, и они уходили на фронт. Тяжелых увозили в госпитали.
С приходом весны стало полегче. Появилась трава. Собирали мороженую картошку в поле. В село привозили и раздавали отруби. Мама мешала их с картошкой, травой. Пекла оладьи…
     И тут новая напасть: засуха. Снеговая вода уходила быстро. До осени – ни капли дождя. Природа не выдержала. Наш «сытный» чернозем без воды потерял свою детородную силу. Пересохли ключи, ручьи, колодцы. Копали. Искали воду. Находили, но она быстро кончалась. Подошла посевная пора. Семена, хоть плохонькие и мало, привозили. Техники не было. Лошадей тоже. Женщины на себе тянули по полю бороны. Под бороны сеяли  зерно, свеклу, подсолнух. Урожаи были мизерные. Зерновые местами не доходили до колосования. Стебли на корню превращались в солому.
    Возвращавшиеся домой раненые мужчины приносили радостную весть: немцы бегут. Жизнь шла своим чередом. Мы взрослым помогали как могли. Было и такое: нас 7-8 летних оставляли няньками с младенцами, пока их мамы были в поле. Натерпелись мы тогда. Это было мое первое знакомство  и  общение с дошкольниками. Все ждали конца войны.
    Вторая встреча с войной состоялась в 1943 году. Война шла где – то вдалеке. В селе не стреляли. Приходили письма, которые читали вслух. Похоронки оплакивали сообща… И совершенно неожиданно в теплый, летний, солнечный день услышали тяжелый гул самолетов, который быстро приближался. Мы по привычке – в окоп. Раздались страшные взрывы. Бомбы падали в середине села. На месте взрыва образовалось глубокое озеро, которое так и не исчезло. Вслед за бомбежкой загремело, загрохотало за железной дорогой. Вдоль нее к прохоровскому полю, на котором, оказывается, маскировались фашисты, мчались наши танки, машины. Их силуэты хорошо были видны на месте переезда, не закрытого лесопосадками, которые густо росли вдоль железной дороги. (Переезд «9-й км» - на железнодорожной ветке от станции Ржава до г. Обоянь).
     У переезда завязался бой. Загорелись придорожные постройки. Небо заволокло дымом, который быстро дошел до нашего села. Мы опять в окопе. За переездом на небольшом расстоянии – глубокий овраг до самого села Прохоровка. Техника не могла его преодолеть. Нашим пришлось его обходить. Страшная битва заняла огромное пространство между станцией Ржава, перереездом 9-й километр и села Прохоровка. Об этом много написано, показано, сказано.
     Прошло какое – то время. Мы с ребятами пошли на это поле. То, что мы увидели, никогда не забыть! Свалка металла. Искореженные танки, машины, орудия… Трупы убраны. Ни сантиметра земли, ни травинки. Только металл. Местами из-под железа видны были куски одежды, волосы… К тому времени мы всего насмотрелись. Хотелось все увидеть и, в то же время, убежать. Было очень страшно. Валялись неразорвавшиеся снаряды, патроны. Долго еще в поле, лесопосадках, на огородах подрывались люли, техника, скот.
     В сентябре 1943 года я пошла в первый класс. Наш класс разместился в «большой» комнате в хате. Тетрадей не было. Писали на всем, на чем можно было. Зимой сидели не раздеваясь. Печка – бочка, которая топилась соломой, плохо грела. Зима была лютая. По утрам на доске часто был иней.
    Наша первая учительница Анна Васильевна перед войной закончила семилетку. Потом в село приехали учителя. В селе по – прежнему все лежало на плечах женщин. В выходные дни, летом мы всегда были вместе со взрослыми. Убирали сорняки в поле, прореживали растения на грядках со свеклой, подсолнухом. В период жатвы собирали колоски в поле.    
    Все до зернышка несли на колхозный ток. Подносили снопы к копнам, молотилкам. Нам разрешали оставаться со взрослыми на ночь. На всю жизнь сохранилась в памяти удивительная красота восходов и заходов солнца, алмазный свет  утренней росы на жнивье под первыми лучами солнца. И еще, не смотря  ни на что, в поле и в селе много пели. И мы – вместе со взрослыми. Пели песни, которые привозили военные. Эти песни запомнились на всю жизнь. Мама много болела. Сказались холод, голод. Папа пришел домой только в конце 1944 года. Раненый, контуженый. Мне приходилось многое делать по дому. Окучивала картошку в огороде, полоскала белье зимой на проруби. Каким – то чудом все пережили.
 … После 7 –го класса поступила в Обоянское дошкольное педагогическое училище (Курская обл.). Окончила с отличием. Мне позволили без производственной отработки учиться дальше. В 1953 году поступила на дошкольный факультет Московского государственного педагогического института им. В.И. Ленина. В 1957 году после окончания института приехала в г. Молотов (позже г. Пермь) в дошкольное педагогическое училище. С 1962 по 1990 годы работала на кафедре дошкольной педагогики Пермского государственного  педагогического института ассистентом, старшим преподавателем, доцентом. Закончила в 1970 году аспирантуру, защитила кандидатскую диссертацию.
     С 1990 года в течение 20 лет работала в Пермском областном институте повышения квалификации работников образования, заведующей кафедрой дошкольной педагогики.
     В системе дошкольного образования – 53 года. Наряду с преподаванием, все годы работала с коллективами педагогов в дошкольных образовательных учреждения города и области. Очень благодарна практикам, которые вместе  со мной занимались поисковой исследовательской работой.
     Сейчас мне 80 лет. С 14 лет пришлось жить отдельно от родителей. Трудностей хватало. Видимо ранний опыт выживания в войну, в послевоенные годы, пример мамы, взрослых помогали справляться с ними. Низкий поклон, вечная благодарность нашим мамам, взрослым, которые спасли нас в годы войны…

 Записала Нина БАХТИНА

Это правда
просмотров: 759
№9 (94) от 8 ноября