"Обращаться надо как можно раньше"

5 сентября 2017

 За 1 полугодие 2017 года Уполномоченному по защите прав предпринимателей в Пермском крае поступило 19 обращений уголовно-правового характера, или 11% от общего количества. Проблема вышла на 3 место.

      Случай Владимира Ваганова (статья "Пустили в расход") показателен тем, что, во-первых, редко выносится оправдательный приговор по экономическим преступлениям, во-вторых - с самого анчала предприниматель был настойчив и последователен в защите своей позиции, - отметил Вячеслав БЕЛОВ, Уполномоченный по защите прав предпринимателей в Пермском крае.
       Об этом деле и других проблемах, с которыми сталкиваются обратившиеся из-за уголовного преследования, бизнес-омбудсмен проанализировал информацию специально для нашего издания.

 Незаконное привлечение к уголовной ответственности
     - Уголовное дело в отношении руководителя завода по изготовлению пластиковых окон было возбуждено в 2014 году, после чего на предприятии начались выемки документов, обыски, проверки, допросы.
Он обвинялся в том, что, являясь индивидуальным предпринимателем, имея подконтрольную фирму, совершил фиктивную сделку по приобретению здания по завышенной цене, после чего предоставил в ИФНС документы в целях получения возмещения налога на добавленную стоимость. Борясь за свои права, предприниматель в Арбитражном суде Пермского края выиграл дело против налогового органа, однако от уголовного преследования это его не спасло.
      Но апелляционной инстанцией Пермского краевого суда 10.05.2016 года предприниматель был оправдан по ч.3 ст.159 УК РФ с признанием права на реабилитацию. Судом было установлено, что органами предварительного следствия не было представлено доказательств фиктивности сделки.
      Предприятие в настоящее время находится в процедуре банкротства. Предприниматель считает, что именно уголовное преследование стало причиной уничтожения бизнеса.
      После вынесения оправдательного приговора он обратился с заявлением в следственный комитет о возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников налогового органа и полиции. Однако ему было отказано даже в регистрации его заявления.
      Только после вмешательства Уполномоченного заявление было зарегистрировано в следственном отделе по Свердловскому району г.Перми. Считаю, что каждый подобный случай должен быть досконально исследован, проведена проверка правомерности действий должностных лиц в ходе расследования уголовного дела, дана таким действиям, в том числе уголовно-правовая оценка, в случае вынесения оправдательного приговора в отношении предпринимателей. Основная роль в этом процессе, безусловно, принадлежит органам прокуратуры.
      А тем, кто сталкивается с такими проблемами, я бы посоветовал как можно раньше обратиться к нам с заявлением, чтобы была возможность оперативно и эффективно отреагироватаь на нарушение закона.

 «Стоп арест» 
      - Одна из проблем – это избрание в отношении предпринимателей меры пресечения в виде заключения под стражу. Применение арестов и их продолжительные сроки часто объясняются важностью «борьбы с преступностью», а также «интересами правосудия». Но есть и скрытые причины - ведомственные интересы правоохранительных органов, повышение раскрываемости, удобство функционирования следствия и суда. Использование этого процессуально-принудительного средства получило неоправданно широкое распространение наряду с необоснованными отказами от иных мер пресечения.
      Несмотря на прямой запрет применения в качестве меры пресечения заключения под стражу в отношении обвиняемого, подозреваемого в преступлениях в сфере предпринимательской деятельности (часть 1.1 статьи 108 УПК РФ), аресты в отношении предпринимателей применяются, а в профессиональных кругах продолжается дискуссия, что понимать под преступлением в сфере предпринимательской деятельности.
      В связи с недостаточностью сформулированных в законодательстве понятий Пленум Верховного Суда РФ вновь вернулся к проблемному вопросу. В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2016 № 48 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности» вновь подчеркивается безусловный запрет применения ареста к лицам, совершившим преступления в сфере предпринимательской деятельности.  Для разрешения вопроса о предпринимательском характере деятельности судам надлежит иметь в виду, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.
     С учетом этого указанные преступления следует считать совершенными в сфере предпринимательской деятельности, если они совершены индивидуальным предпринимателем в связи с осуществлением им предпринимательской деятельности и (или) управлением принадлежащим ему имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, а также членом органа управления коммерческой организации в связи с осуществлением им полномочий по управлению организацией либо при осуществлении коммерческой организацией предпринимательской деятельности.
     В Постановлении указано, что запрет на аресты распространяется и на лиц, которые не являются предпринимателями и обвиняются в соучастии. То есть правило о запрете арестов применяются не к лицу, а к преступлению.
      Постановление Пленума стало самым ожидаемым документом 2016 года, однако его эффективность и действенность будет зависеть от качества его исполнения, то есть в процессе формирования правоприменительной практики.
      Анализ практики привлечения предпринимателей к уголовной ответственности на федеральном и региональном уровнях показывает, что наиболее негативное влияние на функционирование предприятия оказывает избрание меры пресечения в виде заключения под стражу или домашнего ареста в отношении его руководителя.
      Самый известный пример, это арест руководителя Пермского завода противогололедных материалов Рустама Гильфанова. 9 декабря 2016 года Пресненский районный суд города Москвы не вынес приговор Рустаму Гильфанову, учредителю ООО «Уральский завод противогололедных материалов». Судья вернул 45 томов дела в Генеральную прокуратуру для устранения нарушений, выявленных в ходе судебного следствия. Также решением суда бизнесмен, проведший в СИЗО более двух лет, был освобожден в зале суда. В марте 2017 года  Московский городской суд признал законным возвращение в прокуратуру уголовного дела.
Несмотря на то что точка в этом деле еще не поставлена, подобное решение судебного органа можно рассматривать как промежуточную победу команды юристов, федерального и регионального омбудсменов.
     По инициативе аппарата федерального бизнес-омбудсмена 10 апреля 2017 года стартовала акция «Стоп-арест», предполагающая подачу ходатайств предпринимателями об изменении меры пресечения.
      Для информирования о проведении акции Уполномоченным был направлен запрос в ГУФСИН России по Пермскому краю о количестве предпринимателей, содержащихся под стражей. По информации ГУФСИН России по Пермскому краю в СИЗО-1 содержится один индивидуальных предприниматель, обвиняемый по статье 159 часть 4 УК РФ (на 10.04.2017).
Мной было предложено органам прокуратуры взять проблему на контроль. Считаю, что каждый факт ареста должен быть тщательно обоснован.

Изъятие предметов в ходе уголовного судопроизводства
     - Одной из основных проблем предпринимателей, столкнувшихся с действиями правоохранительных органов, является изъятие предметов, документов, оргтехники, программного обеспечения и так далее в ходе производства следственных действий. Предприниматели сообщают, что такие действия могут привести к существенным финансовым и имиджевым потерям, вплоть до невозможности осуществления предпринимательской деятельности. В редких случаях предпринимателям удавалось помочь вернуть предметы, не признанные вещественными доказательствами, в соответствии с требованиями пункта 4 статьи 81 УПК РФ.
      Еще в Ежегодном докладе Уполномоченного за 2015 год была изложена проблема неустановленных сроков возврата изъятых предметов, которые, по сути, ограничивались лишь сроками по уголовному делу, и необходимость установления временных ограничений в действиях следователя по принятию решения о приобщении предметов и документов в качестве вещественных доказательств. Проблема в качестве инициативы была направлена на федеральный уровень Уполномоченному при Президенте РФ по защите прав предпринимателей.
     В настоящее время Федеральным законом от 03.07.2016 № 323-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации по вопросам совершенствования оснований и порядка освобождения от уголовной ответственности» уголовно-процессуальный закон Российской Федерации дополнен статьей 81.1, регулирующей порядок признания предметов и документов вещественными доказательствами по уголовным делам о преступлениях в сфере экономики, установлены конкретные сроки приобщения к материалам уголовного дела вещественных доказательств (10 суток), порядок продления этих сроков (на 30 суток), сроки возврата изъятых, но не признанных вещественными доказательствами предметов (не позднее 5 суток).

 Невыплата заработка 
     - Проблема правоприменения и толкования законодательства лицами, принимающими решение о наличии или отсутствии состава уголовно-наказуемого деяния, может самым негативным образом отразится на предпринимательской деятельности, а в ряде случаев предприниматель даже не подозревает, что совершает преступление, однако формального состава достаточно для возбуждения уголовного дела.
     Так, в адрес Уполномоченного обратился директор потребительского общества с жалобой на незаконное возбуждение в отношении него уголовного дела по части 2 статьи 145.1 УК РФ, в связи с невыплатой в течение двух месяцев среднего месячного заработка за третий месяц после увольнения работнику, имевшему статус пенсионера. Уголовное дело было возбуждено по постановлению прокурора Октябрьского района, причем к тому моменту выходные пособия уже были выплачены.
     После детального изучения материалов, представленных заявителем, а также норм права, регулирующих указанные правоотношения, Уполномоченным была сформулирована правовая позиция для представления заявителем в судебные органы.
     Позиция Уполномоченного по применению части 2 статьи 145.1 УК РФ за нарушение части 2 статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации сводится к невозможности построения законной уголовно-правовой модели ответственности за нарушение данной нормы и формирования состава преступления.
     Основная причина – это правовая неопределенность в применении части 2 статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации, которая не раскрывает исключительные случаи, когда средний месячный заработок сохраняется за уволенным работником в течение третьего месяца со дня увольнения.
     Согласно части 3 статьи 3 Закона  Российской Федерации от 19 апреля 1991 года № 1032-1 «О занятости населения в Российской Федерации», безработными не могут быть признаны граждане,  которым в соответствии с законодательством Российской Федерации назначен какой-либо вид пенсионного обеспечения. Таким образом, пенсионеры не являются субъектами, которым органы службы занятости оказывают услуги, они не получают статус «безработного», и у органа службы занятости не возникает обязанности по их трудоустройству, поэтому вынесение в отношении них органами службы занятости решений о выплате выходного пособия за третий месяц после увольнения представляется действиями за рамками компетенции данной службы.
     Следует учитывать, что имеется вступивший в законную силу судебный акт (постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 19 января 2007 года по делу № А54-2967/06), которым признана правомерной невыплата пенсионеру выходного пособия в размере среднего месячного заработка за третий месяц со дня увольнения.
     Прежде всего, должны учитываться и внимательно исследоваться обстоятельства невыплаты выходных пособий до возбуждения уголовного дела.  Данные обстоятельства могут служить основанием для прекращения производства по делу, как доказательства, указывающие на отсутствие корыстной или иной личной заинтересованности, если иных прямых доказательств корыстного умысла работодателя не будет установлено, а также в силу малозначительности, как деяние, не представляющее общественной опасности.
     Уголовное дело, возбужденное по инициативе прокурора, в отношении директора потребительского общества было прекращено судом в связи с примирением сторон. Однако правовая неопределенность не преодолена.
      Полагаю, что возбуждение уголовных дел по части 2 статьи 145.1 УК РФ за нарушение работодателем части 2 статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации, а именно за невыплату пособия за третий месяц после увольнения работнику, имеющему статус пенсионера, не единичный случай, с аналогичными проблемами к Уполномоченному в течение 2016 года обращались еще несколько предпринимателей.

Изменить практику
    -  В 2016 году в уголовное законодательство был внесен еще ряд серьезных изменений, касающихся уголовной ответственности субъектов предпринимательской деятельности, направленных на защиту их прав и законных интересов.
      Главное - это введение дополнительного основания для освобождения от уголовной ответственности лиц, впервые совершивших преступление небольшой или средней тяжести в случае, если оно возместило ущерб или иным образом загладило причиненный преступлением вред.
      Несмотря на усилия законодателя, направленные на решение проблемы незаконного привлечения предпринимателей к уголовной ответственности и соблюдение их прав и законных интересов в ходе уголовного судопроизводства, к сожалению, уголовное преследование субъектов предпринимательской деятельности остается инструментом передела собственности, устранения несговорчивых партнеров, погашения задолженности и является одной из распространенных форм влияния на бизнес. 

 

№8 (93) от 5 октября