Смерть все спишет?

5 сентября 2017

Потерять родного человека в автомобильной аварии, и после этого столкнуться с невероятным противодействием и нежеланием следствия раскрыть преступление пришлось семье погибшего.  Кто и зачем спускает дело на тормозах, покрывая виновного в ДТП?

Не успел…      
      На 1 км автодороги Подход от с.Лобаново к трассе Пермь-Екатеринбург автомобиль ВАЗ-2112 въехал в правую заднюю часть  «Исудзу-Форвард», двигавшегося в попутном направлении. От удара легковушку выбросило в кювет и опрокинуло на правую сторону.
      В разбитой практически всмятку машине были два молодых человека. Один из них - двадцатидвухлетний Евгений Скорняков получил смертельную травму.

Николай Скорняков, отец:
     - Это произошло в  ночь 23 июня 2014 года. А в 8 часов утра он должен был явиться на призывной пункт для отправки на службу в армию. И вот не хватило нескольких часов…

     Как это случилось, был ли шанс у Евгения выжить в страшной аварии, почему произошел такой нелепый наезд на своей же полосе при благоприятных условиях на дороге? Убитым горем родным вот уже три года приходится искать ответы на эти вопросы, обивать пороги инстанций, обжаловать незаконные решения, получать «отписки», но все равно искать правду.
    И главный вопрос, из-за которого не установлены все обстоятельства ДТП, и дело до сих пор официально не раскрыто – кто был за рулем ВАЗа?

 

 

 

 

 

 

Замести  «горячие» следы
      
По факту ДТП с гибелью человека следователь следственного отдела МВД России по Пермскому району Пермского края Н.В. Матвеева пишет рапорт на своего начальника А.С.Чугайнова, в котором сообщает, что в аварию попал автомобиль «под управлением Скорнякова Е.Н.». Через месяц, 23 июля 2014 года, Н.В.Матвеева в своем постановлении указывает, что в действиях погибшего усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.264 УК РФ, но «учитывая тот факт, что в результате собственных неправомерных действий Скорняков Е.Н погиб», то в возбуждении уголовного дела отказано.
      Собственный рапорт, видимо, стал единственным основанием для вывода Н.В. Матвеевой о том, что за рулем был Скорняков. Ведь в этом же документе она приводит показания врача выездной бригады Т.А.Аглетдиновой:
«…С помощью инструментов открыли водительскую дверь, оторвав ее верхнюю часть. Молодой человек, сидящий за рулем автомобиля, был зажат, когда его стали доставать, он громко кричал от боли…был в сознании, говорил, что у него болит нога».
      Дальше свидетель говорит о том, левая нога выжившего была зажата между водительской дверью и сидением. Также у него имелся перелом левого бедра, что выяснилось, когда его перенесли в карету скорой помощи. А рядом, в  салоне, находился другой пассажир, у которого была наклонена голова:
«…Я подняла его голову, повернула к себе, проверила зрачковую реакцию, признаков жизни не было. …Данному молодому человеку была констатирована биологическая смерть».
      Показания врача подтверждает А.П.Тудвасев, водитель автомобиля скорой помощи:
«На переднем пассажирском сидении находился труп мужчины. А за рулем на водительском сидении находился второй мужчина, он был живой, в сознании, стонал, кричал от боли…».
     В.А.Грехов, водитель пострадавшего в ДТП грузовика сразу жепосле столкновенияпопросил помощи у проезжавших мимо автомобилистов, и вместе с ними толкнули опрокинувшийся ВАЗ, поставив его на колеса.          
       «Затем с помощью монтировки мы открыли водительскую дверь и первым в машине на водительском сидении я увидел молодого человека, у которого имелись признаки жизни… Второй молодой человек сидел где-то между сиденьями, голова была склонена к коленям молодого человека, находившегося за рулем, он находился без признаков жизни».
   
Свидетели, которые были с погибшим вместе накануне, лично не видели, чтобы он садился за руль. Единственный человек, который утверждает, что именно Евгений Скорняков сел за руль – это выживший Сергей Ермаков, который в данной ситуации является самым заинтересованным лицом.
     Н.В.Матвеева должна была устранить противоречия, восстановить картину произошедшего, чтобы обоснованно обвинять погибшего. Но все происходит иначе.
     Разбитый автомобиль ВАЗ-2112 через семь дней после ДТП почему-то возвращают Я.В.Вельможину, который продал его С.Ермакову еще в мае 2014 года, и бывший владелец утилизировал машину на металлом. Из-за этого судебные эксперты впоследствии, при проведении автотехнической экспертизы, не смогут в полном объеме ответить на поставленные вопросы.
    Точно также была уничтожена одежда С.Ермакова, которую отдали его брату без всяких законных санкций и разрешений, до принятия процессуального решения по делу. И экспертам опять пришлось развести руками.
     То есть Н.В. Матвеева назначила экспертизы и сделала все, чтобы специалисты не смогли выполнить свою работу.
     В карте вызова скорой помощи четко написано: «В разбитом автомобиле на водительском сидении зажат дверью Ермаков Сергей Александрович, на коленях полулежа находился Скорняков Е.Н.». Дополнительно аргументировала свои выводы о месте нахождения участников ДТП та же Т.Г.Аглетдинова, врач с 30-летним стажем и большой практикой работы с пострадавшими в авариях:
«….Лица, находящиеся в автомобиле при столкновениях, имею переломы и травмы тех частей тела, куда в автомобиле приходится удар (зажатие). У Ермакова имелся перелом левого бедра, возможно, он и находился за рулем автомобиля в момент ДТП, т.к. считаю, что переместиться лица в салоне автомобиля не могли».
     Но на эти факты следователь просто закрыла глаза, «напичкав»  постановление собственными голословными выводами: «…После того, как они толкнули автомобиль, и он был поставлен на колеса, лица, находившиеся в нем, могли переместиться»!       
     Постановление Н.В.Матвеевой родственники погибшего обжаловали, и оно было отменено. Но в течение следующего года она еще дважды откажет в возбуждении уголовного дела. При этом отредактирует показания врача, исключив ту часть, где однозначно утверждается, что характер травмы (перелом левого бедра) указывает на то, что Ермаков был на месте водителя.
     Начальник отдела поручает провести дополнительную проверку следователю СО отдела МВД России по Пермскому району Пермского края К.Г.Осипову. Он переписывает предыдущие постановления, снова указывая на свидетельские показания о том, что «Ермаков был на водительском сидении в зажатом положении», но уже в следующем абзаце: «Отказать в возбуждении уголовного дела в отношении Скорнякова Евгения Николаевича… в связи со смертью…». А в отношении Ермакова Сергея Александровича опять никакого решения не принято.
     У отца погибшего лопнуло терпение, и 30 июня 2015 года он написал жалобу в Прокуратуру Пермского района. Там наконец-то вынесли представление начальнику ОМВД России по Пермскому району А.С.Чугайнову.
     И 6 августа 2015 года Н.В.Матвеева заставила-таки себя вынести постановление о возбуждении уголовного дело по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, но не в отношении Сергея Ермакова, а просто по факту ДТП. А автомобиль, по ее мнению, был «под управлением неустановленного лица»!
Это в действиях погибшего следователь моментально усмотрела вину, при отсутствии доказательств, в отношении же выжившего – ничего подобного при наличии веских улик.
     Тем не менее, лед тронулся. Потерпевшие добились главного, и надеялись, что в рамках уголовного дела расследование все-таки начнется, и материалы дойдут до суда, а там уже разберутся. Но 21 сентября 2015 года заместитель начальника ГСУ ГУ МВД России по Пермскому краю М.Н.Шилов изымает дело и передает его следователю СО СЧ ГСУ В.П.Коровину. И то, что происходило в отделе полиции в Пермском районе, покажется «цветочками».

Независимый от закона
    
Так как важнейшее доказательство по уголовному делу – автомобиль, уже был уничтожен, а показания свидетелей следствие упорно не берет в расчет, то  практически единственная оставшаяся возможность установить, кто был за рулем, и соответственно, виновен в аварии – это исследовать медицинские документы.
    Из Пермского краевого бюро судебно-медицинской экспертизы поступило письменное ходатайство о предоставлении в распоряжение эксперта рентгенограммы и компьютерной томограммы травм, полученных С.А.Ермаковым. 15 октября 2015 года следователь В.П.Коровин отказывает в удовлетворении этого ходатайства, мотивируя тем, что «Их местонахождение на данный момент не установлено».      
     Потерпевшая и адвокат также заявляли ходатайства следователю, чтобы выяснить все тот же вопрос, но им было отказано. При этом, В.П.Коровин указал, что рентгенограммы и томограммы С.А. Ермакова не представили экспертам, потому что они не сохранились в электронном виде, а распечатанный вариант получен Ермаковым на руки, но …утерян. И якобы в материалах дела есть запросы в больницу и соответствующие ответы о невозможности их предоставления.
     Пострадавший находился на лечении в ГБУЗ ПК «Пермская краевая клиническая больница». Главный врач А.В.Касатов по запросу адвоката сообщил, что рентгеновские снимки выдаются пациентам после выписки из стационара на руки. В больнице они хранятся в электронном виде. Заключения специалистов о результатах обследования вклеиваются в медицинскую карту, срок хранения которой 25 лет.
Есть также ответ из ГУ МВД России по Пермскому краю о том, что снимки - в материалах дела.
Кто лжет? В чем проблема? Почему их не передали специалистам?
      В результате, ответ на вопрос, где находился в салоне автомобиля Ермаков (на водительском или на переднем пассажирском), эксперт дать не смог: «….Отсутствие данной медицинской  информации, при невозможности осмотра автомобиля, в котором находился Ермаков С.А. в момент ДТП, не позволяет экспертным путем решить 3-й вопрос постановления».
      Грамотно «выбив» важнейшие доказательства, 11 февраля 2016 года В.П.Коровин вынес постановление о прекращении уголовного преследования в отношении подозреваемого С.А.Ермакова.  А 28 апреля – в отношении Е.Н.Скорнякова.

У.Ю.Истомина, адвокат О.Н.Скорняковой (из жалобы в Прокуратуру Пермского края):
     «Халатность и неправомерные действия следователя заключаются в том, что назначив проведение указанной экспертизы, он непосредственно препятствовал экспертам в ее полном и объективном проведении, в установлении истины и в ответе на поставленные вопросы. Умышленно не истребовал и не представлял экспертам запрашиваемые ими документы по травме Ермакова».

      О неправомерных действиях следователя В.П.Коровина было сообщено в Прокуратуру Пермского края и в ГУ МВД России по Пермском краю. Постановление отменено как незаконное и необоснованное. В ходе проверки выявлены нарушения уголовно-процессуального законодательства, но, видимо, следователь В.П.Коровин настолько процессуально независимое и самостоятельное лицо, что он продолжает штамповать отказы. И 30 июня 2016 года – выносит новое постановление, опять же в отношении Е.Н.Скорнякова.
      10 августа его отменяет заместитель прокурора края А.И.Дерышов. Дело направляют на дополнительное расследование.
      По ходатайству родственников погибшего бала назначена независимая экспертиза в «ЦСМЭ- Медэкс» в г.Москва. И 9 декабря 2016 года судебно- медицинский эксперт высшей категории, профессор РАЕ В.Н.Коротун сделал вывод о том, что совокупность данных позволяет «категорично и однозначно» решить вопросо месте расположения пострадавшихв салонеавтомобиля и прийти к заключению, что на месте водителя автомобиля ВАЗ -212 находился Ермаков С.А., а Скорняков Е.Н. в момент этого ДТП был на переднем пассажирском сидении.
    
Но и это авторитетное заключение следователь В.П.Коровин отправляет «в корзину». 29 декабря 2016 года он выносит постановление о назначении дополнительной экспертизы в ФГБУ «РЦСМЭ» Минздрава России и ЭКЦ МВД России, хотя ранее отказывал потерпевшим в назначении экспертизы в другие учреждения, заявляя, что нет оснований.
     Производство экспертизы в Москве поставлено в очередь, а длиться она может и год, и два, и больше. Предварительное следствие по делу приостановлено.
     Таким образом, спустя более, чем три года после аварии с гибелью человека, ценой неимоверного упорства следствия, использующего в своих целях государственные ресурсы и деньги налогоплательщиков - дело успешно развалено. 

Неприкасаемые
     
Очевидно, что дальнейшее расследование уголовного дела невозможно, пока оно не будет передано другим следователям, и не понесут ответственность  Н.В.Матвеева, В.П.Коровин, их начальники в ГУ МВД России по Пермскому краю, а также должностные лица в прокуратуре, которые при желании могли давно остановить эту вакханалию.
     18.04.2016 г. по результатам служебной проверки в действиях Матвеевой Н.В. установлены нарушения служебной дисциплины, но… в связи с истечением срока давности (три месяца) ее не привлекли к ответственности.       Но речь идет не о каком-то нарушении внутренних распорядков, а о том, что есть признаки должностных преступлений, и в этом случае совсем другие сроки для рассмотрения.
     Врио заместителя начальника ГУ МВД России по Пермскому краю А.В.Уфимцев сообщал, что 21.04.2016 г.в отношении следователя Коровина В.П. назначено проведение служебной проверки. Заместитель прокурора края А.И.Дерышов 10.08. 2016 г. указывал, что Коровиным не были выполнены необходимые следственные действия, направленные на установление лица, управлявшего автомобилем ВАЗ-2112.

     «Не принято исчерпывающих мер к установлению местонахождения медицинских документов Ермакова С.А., который умышленно не предоставляет органам следствия данные документы, что свидетельствует о необходимости проведения по месту жительства Ермаков С.А. обыска; не принято мер к установлению и допросу лиц, которые находились в одной палате с Ермаковым С.А. в Персмкой краевой клинической больнице, с целью выяснения, что им сообщил Ермаков С.А. по обстоятельствам ДТП.»

Но 20.07.2017 г. и.о. начальника управления по надзору за следствием, дознанием и ОРД Прокуратуры Пермского края  А.С.Демидов сообщает потерпевшим, что оснований для принятия мер прокурорского реагирования в отношении сотрудников СЧ ГСУ ГУ МВД России по Пермскому краю и инициирования в отношении Матвеевой Н.В и Коровина В.П. процессуальной проверки в порядке ст.144, 145 УПК РФ (касаются порядка рассмотрения заявлений и решений, принимаемых по сообщениям о преступлении, - прим.ред.) не имеется.
      «Двойственная» позиция прокуратуры была отмечена и Уполномоченным по правам человека. Т.И.Марголина обратилась к Уполномоченному по правам человека в РФ Т.Н.Москальковой. Оттуда запросы были направлены в Следственный комитет РФ и в Генеральную прокуратуру.
       Почему пермские следователи не стали раскрывать дело. Кто оказывал на них давление с самого начала? В материалах дела есть распечатки телефонных разговоров С.Ермакова, из которых кое-что становится понятно.

Николай Скорняков:   
    - Например, он спрашивает у адвоката, что делать со снимками из больницы. То советует ему сказать, что они потерялись. В другом разговоре со своим отцом он рассказывает, что адвокат сказала ему, что будет разваливать дело. А еще приедет один адвокат из Москвы, «крупный специалист», бывший сотрудник ГСУ. Надо к нему обратиться.

     Согласно результату анализа крови, в момент ДТП в крови С.А.Ермакова был обнаружен алкоголь. Если будет доказано, что он управлял автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, нарушил правила, что привело к гибели человека,  - ему не избежать наказания, даже с учетом больших связей и денег.
Эта одна причина, почему делу не дают дойти до суда, ну, а другая в том, что отвечать за этот должностной произвол никто не хочет.

Николай Скорняков:
    - Ермаков даже ни разу не пришел к нам, по-человечески не поговорил, не попросил прощения…Все боятся ответственности и наказания. Поэтому решили все свалить на моего погибшего сына. Но мы будем добиваться независимого расследования и суда.

Оксана Асауленко

№8 (93) от 5 октября