Гражданский суд

14 марта 2017


«Сегодня – любят, завтра – проклянут». Можно ли вернуть свое имущество после выхода из закрытого религиозного сообщества? И почему, те, кто по духу своей службы, должны помогать и прощать, становятся самыми лютыми оппонентами.

      Против так называемой православной обители на Кислотных дачах подал иск Андрей Заганьдиров. В статье «Под покровом тьмы» в номере «ТП» от 30 июня 2016 года, мы рассказали о том, как семье Заганьдировых с тремя детьми удалось выйти из состава общины, которая, по их мнению, превратилась в тоталитарную секту, и начать новую жизнь.
Спустя время они попытались вернуть свое имущество, но договориться с теми, с кем прожили бок о бок пятнадцать лет, по-хорошему не удалось.

Купили и забыли
     
Не часто увидишьв коридорах светского суда так много людей в облачении священнослужителей. В Орджоникидзевском районном суде города Перми особый процесс. Руководство обители – действующие священники Пермской епархии, настоятель храма, протоиереи, есть даже представитель ГУФСИН Пермского края. И вот из их незаконного владения Заганьдиров пытается вернуть свое имущество, согласно исковому заявлению. Речь идет о трех автомобилях: ГАЗ-САЗ 2507, 2015 года выпуска, ГАЗ-27057, 2013 года выпуска, ГАЗ-66-11, 1991 года выпуска. Истец заявил, что транспортные средства были приобретены на средства, передаваемые общине его матерью, а также на деньги, полученные после продажи родительской квартиры в городе Березники.

Андрей Заганьдиров:

 - У моей мамы были акции «Уралкалия», дорогостоящие, она их продавала, деньги жертвовала обители на разные нужды. В том числе, на эти средства была куплена газель в 2011 году. Потом ее продали, купили новую. Мама умерла. Я уже сам продавал родительскую квартиру, и на эти деньги был куплен ГАЗ-27057, а в мае 2015 года - ГАЗ-САЗ за 1200 тыс. руб. Хотели оформить на других людей, но меня предупреждали, что в таких организациях сегодня любят, завтра – проклянут, и я записал на себя. А они были уверены, что я никогда не заявлю свои права.

      Свидетели Александр и Ксения Ветчаниновы, служители храма, проживающие в Березниках, рассказали, что поддерживали отношения с матерью истца. Знают, что она передавала деньги, сами помогали ей отвезти их в Пермь.
Супруги были членами обители, но давно ушли. По-доброму расстаться тоже не получилось. Ксения была уволена из церкви, несмотря на то, что в тот момент она ждала ребенка. Тогда Ветчаниновы не стали придавать эти факты публичной огласке, сегодня же собираются обратиться в прокуратуру.
- Когда мы уходили, у нас ничего не было, нам даже матрас подменили, и вместо нашего нового, отдали старый.
       Как следует из материалов дела, все три автомобиля зарегистрированы на праве собственности за Заганьдировым. Настоятель храма в честь Благовещения Пресвятой Богородицы, один из руководителей общины Альберт Альтмарк,  на первом же заседании пояснил, что автомобили записали на Андрея просто для удобства, так как он чаще других ими управлял. Все, что жертвовалось обители, является общим доходом. Куда и как потратить деньги, решается на совете.
«Это как семья, понимаете. Ни у кого никогда не возникнет мысли сказать, что это мое. Быть такого не может».

Виктор Харин:

- Утверждения, что мама давала деньги –голословны. Газель 6 марта 2013 года приобрели за 650 тысяч. Покупал Заганьдиров, деньги были даны ему мною. Свидетель –Альмарк. Никто не вел записей. После этого старая газель была продана за 290 тысяч.
ГАЗ-66-11 купили  24 мая 2013 года за 140 тысяч, в Ординском районе. Андрея отправил, он привез. Машину постоянно ремонтировали, много средств на нее потратили.
ГАЗ-САЗ в мае 2015 года, к этому времени у нас была часть средств, 700 тысяч рублей дал Максимовский. Всю сумму мы передали Андрею. Оформил по доверенности на Новикова, потом переоформил на себя. Видимо, уже планировал, что уйдет.


Представители обители уверяли суд, что истец никогда не заявлял о своих претензиях на это имущество. И когда уходил, не просил ни ключи, ни документы от авто.

Андрей Заганьдиров:
- Я ушел сначала на месяц, чтобы разобраться, что происходит. Все оставил, потому что думал, что я вернусь. Семья оставалась там. Я понял, что это секта, но только через пять месяцев смог жену уговорить, потому что ее запугивали.

         По словам Заганьдирова, он пытался мирным путем договориться с «отцами». Приходил сам, отправлял в обитель юриста. Ему предложили забрать газель для работы. Такой вариант его не устроил, а других не было. «Мне сказали, забудь про это. Все, что пришло в обитель, никуда не уйдет».
       Заганьдиров написал заявление в полицию об истребовании имущества. Но в возбуждении уголовного дела было отказано. А вскоре, в феврале 2016 года, в Орджоникидзевский районный суд поступает заявление от дьякона Андрея Новикова, который просит признать договор купли-продажи автомобиля марки ГАЗ-САЗ 2507, заключенный с Загандировым (покупателем), недействительным. Как выяснилось, транспортное средство было приобретено по программе утилизации старых машин, которая предусматривает скидку при сделке. Для этого нужно было оформить документы на того же собственника, который был ранее. Старая машина принадлежала Новикову. В иске он утверждал, что фактически не получил деньги от Заганьдирова. Дело было принято к производству, но рассмотрение по существу так и не состоялось. Истцы, как только увидели, что Заганьдиров пришел с адвокатом, а у них никаких доказательств, видимо, не было и нет, тут же отозвали свое исковое заявление. Хотели просто припугнуть…
      Спустя несколько месяцев Андрей Новиков, бывший муж негласной главы обители Ольги Новиковой, сам покинул обитель. Сейчас проживает в Москве,  но лишен возможности служить в храмах. Руководство общины по-прежнему не прощает тех, кто осмелился выйти за периметр, а с учетом того, что это действующие священники, наложить на непокорного запрет – для них не проблема. И причина всегда найдется. Вот Новиков, например, жену бросил с двумя детьми. Работу у него отняли, а на алименты подали.

Ольга Новикова (Будилова) и Дмитрий Шаповалов.


     Дьякон приехал на суд из столицы, чтобы помочь Андрею, подтвердил его слова. Рассказал, что получил деньги за машину, отдал их в обитель.
     Суду предстояло выяснить, где в настоящий момент находятся автомобили, и кто конкретно ими управляет. Изначально ответчиком был один Александр Альтмарк, но после уточнения исковых требований, к ответственности пришлось привлекать больше десятка человек. Это и Галина Сергеева, собственница дома по Логовой,33, во дворе которого оставляют транспортные средства, и все, кто управляют машинами. Оказалось, что уже после ухода Заганьдирова, собственника, без его ведома, в страховку были внесены еще несколько членов общины.  Альмарк пояснил, что газель 1991 года сломана, не используется, «стоит, снегом занесенный».

Судья:
-А если вы им не пользуетесь, то почему не хотите отдать его истцу?
Альтмарк:
- Мы не считаем, что это правильно. Мы ему предлагали один автомобиль, он не захотел.

Но представитель Заганьдирова Светлана Микова представила доказательства, собранные участковым, который выяснил, что все три автомобиля, несмотря на то, что идет судебный процесс по этому спорному имуществу, продолжают использоваться.

Большие деньги
      
Очевидно понимая, чтообщие слова о совместном хозяйстве в данном споре успеха не принесут, уже на последнем заседании ответчики подали встречные требования о признании права общей совместной собственности, определении доли, замене выдела доли.

Представитель Александра Альтмарка:
-Обитель создана при церкви, существует по правилам РПЦ, что дает ей возможность объединения вкладов граждан для ведения совместной хозяйственной деятельности. Был устный договор, все знали правила проживания в обители, все понимали, на какие цели, как будут использованы средства.

Истцов, претендующих на автомобили, оказалось немало. Все они говорили, что жертвовали деньги, которые после этого попадали в общий котел.

Луиза Каячева:
-Я из Москвы, живу в обители с  2009 года. После продажи дома у меня было 6 млн рублей. Эти деньги положили на счет, снимали в течение всех этих лет, тратили. В том числе, и на покупку автомобилей. Я понимала, что отдаю эти деньги безвозмездно. И если мне когда-нибудь придется уйти, то я не потребую их обратно.

Судья:
-В ы просите признать право общей совместной собственности на данные автомобили. У вас есть какие-то доказательства того, какую именно сумму лично вы передали для приобретения автомобиля.
Константин Березовский:
- Это было не целевое вложение денег, это было вложение денег в общий котел. И другие вкладывали. Все эти годы Андрей жил в домах обители,  я считаю, что это требование незаконно.
Судья:
-А деньги передавали лично Заганьдирову в день покупки?
- Все деньги передавали в общую кассу.

Семен Зайденберг:

- 9,5 млн рублей я тоже бескорыстно отдал обители. Один известный русский богослов сказал, что обитель –это путеводная звезда. По этому принципу мы жили и живем, все общее. Андрей знает, что нет, не было, и не может быть такого, что если я купил что-то на свои деньги, то это мое.
Андрей Заганьдиров:
-А если завтра ты захочешь уйти, то как, на какие средства ты будешь жить?
Семен Зайдерберг:
-Я думаю, я уверен, что эти люди, которых я знаю много лет, всегда меня поймут, и мы решим этот вопрос.


Илья Пральников
:

- Я также могу банковскими выписками подтвердить, есть свидетели моих вкладов на сумму порядка 300 тысяч рублей. Мы просим признать общим имуществом, совместным, и выделить его долю. Обитель – не юрлицо, поэтому все оформляется на физических лиц. Я хотел бы сослаться на устав РПЦ, в котором говорится о том, как живут общины, братства. Регистрируется что-то только в том случае, если это нужно для их деятельности. Никто из вышедших не имеет права претендовать на имущество. Человек, который приходит в такую общину – он заранее знает, что он выбрал жертвенный путь. Такой иск должен быть подан не к нам, а к церкви. Ты выходишь из церкви…
Конечно, это дело для церковного суда. Андрей ходил в епархию, рассказывал эту ситуацию правящему епископу. Но его не поддержали. Нам пришлось самим все объяснить, и сейчас мы защищаем имущество.

Андрей Заганьдиров:
- Вы говорите, что это относится к церковному суду, тогда почему вы оформляли все на частное лицо. Оформляли бы на церковь, она бы и занималась.  Имущество – не церковное, вы – не церковь. То, что у вас живут священники, это же не означает, что вы – церковь.

Александр Чукавин:
- Правда на нашей стороне. То, что делает Андрей, исходя из того доверия, которое было на него возложено, на это он не имеет никакого права. С августа попросился уйти, мы его отпускаем, а он потом возвращается, садится в машину и уезжает. Земля у него горела под ногами, когда он вывозил свою семью.

Галина Сергеева:
- Я считаю, что это неправомочно, бесчеловечно. Стыдно должно быть человеку, все абсолютная ложь. Что-то с ним произошло. Он стал понимать, что у него что-то есть.

Александр Альтмарк:
 - Прожил у нас полжизни. Мы взяли на себя ответственность за тебя, твою семью. И сели сейчас в суде такое говорится, становится страшно, что происходит с человеком. Это наша совместная собственность, никаких заявлений не было с его стороны, само собой ничего не разумеется. Человек может жить в обители только на тех условиях, которые установлены и которые он добровольно принимает.
Трое детей у него –разыгрывать эту карту! В обители 12 детей, инвалиды. Это какая-то спекулятивная форма объяснения своих притязаний – она бессовестная, надеюсь, суд удержится от зла…

Не пожалели руководители обители и тещу Андрея, которая осталась в обители. Несчастной женщине пришлось свидетельствовать в суде против своих родных:
- Прошу суд пощадить детей, потому что когда Иуда предал Христа, он получил свои 30 серебряников, и кончилось для него это ужасной карой. Если он получит свое имущество, свои 30 серебряников, то это проклятие падет на детей, моих внуков…

С небес на землю
      
Отец Виктор Максимовский сообщил суду, что за эти годы обитель потратила на семью Заганьдировых несоизмеримо большие средства.
- Сейчас истец заявил, что вложил деньги, но обитель не получала от него столько денег, сколько стоит это имущество. Все эти годы обитель содержала семью. Дети  Заганьдировых учились в платной школе, за которую Надежда еще получала компенсацию.  

В итоге долг Заганьдировых вылился в кругленькую и удивительно точную сумму - 8 млн 736 тыс. 50 рублей. Оказывается, бухгалтерия в обители все-таки есть.  
       Проанализировав имеющиеся в деле доказательства, суд отказал истцам по встречном иску о признании права на совместную собственность, так как по закону это право возникает при поступлении этого имущества в собственность двух и более лиц, если между этими лицами была достигнута договоренность о совместной покупке, и каждый вкалдывал в приобретение имущества свои средства. Этого доказано не было. Истец Заганьдиров, по мнению суда, доказал наличие у него права собственности первичными документами о приобретении этого имущества (договоры купли-продажи, паспорта ТС).
Орджоникидзевский районный суд решением судьи Елены Шумайловой, удовлетворил исковые требования об истребовании имущества из чужого незаконного владения.Автомобили должны быть истребованы из чужого незаконного владения и возращены собственнику.

Решение суда не вступило в законную силу.

Процесс пошел
      Не церковный суд, и не по духовно-нравственным основаниям, рассматривает дело, а гражданский, о материальных притязаниях. Но пока он единственный, кто предпринял попытку разобраться в том, что происходит в обители. Пермская епархия, которая не отвечает на запросы СМИ, не проводит собственное расследование, и по-прежнему делает вид, что ничего не происходит.
      Тем временем, в районном отделе полиции расследует уголовное дело, возбужденное в отношении члена обители Дмитрия Шаповалова. Как следует из заявления Заганьдирова,он набросился на него с кулаками, испугал детей.В районную прокуратуру поступило очередное заявление на обитель от Галины Кудрявцевой, которая с 2012 годапосещала ее как гостья.

ЗАЯВЛЕНИЕ 

" Прошу провести произвести проверку в незарегистрированной религиозной общине…Эта община является тоталитарной сектой, под прикрытием православной церкви и местной епархии. В этой общине находятся три действующих священника РПЦ, один из них зам. начальника ГУФСИН  Пермского края – о. Виктор (Харин), второй – настоятель храма в честь Благовещения Пресвятой Богородицы ( г.Пермь, ул. Г. Доватора, д. 9) – о.Александр  (Альтмарк) и о.Виктор (Максимовский).
Община имеет все признаки сектантства:
1. Обожествление лидера.
     Лидер общины - Новикова (Будилова) Ольга Вячеславовна, объявила себя человеком, вместившим Божественную сущность, т.е. Богом. Все ее слова исходят как бы от Бога и должны исполняться беспрекословно, как Божья воля. За несогласие с этой «волей» на человека накладывают разного рода наказания, до покаяния, т.е. пока он не согласится и не исполнит все, что он него требуют.
Требования там следующего характера:
-продажа квартир и другого имущества,
-развод семей и сожительство между собой других жен /мужей…
-отречение от родственников, ушедших и не согласившихся с учением, и борьба с ними через распространение клеветы,
-принудительный физический труд без выходных и отпусков.
2. Обожествление места.
    Территория секты объявлена центром вселенной. Спасение возможно только там, поэтому уход из этого места считается полной погибелью.
3. Тайна учения.
    В секте введены новые «таинства» и оскверняются таинства Церкви. В храме проводят отпевание живых людей, введено другое «таинство венчания», а так же полусказочные театрализованные «таинства общения» с причастием и новыми, составленными Новиковой (Будиловой) О.В., молитвами. Все это происходит с ведома, по благословению и с участием живущих там священников, всем членам секты запрещено рассказывать об этом кому – либо. Все находятся под мощным психологическим воздействием  от Новиковой О.В. и священников, находящихся в ее полном послушании.
    В секте проживают около 50 человек, из них 15 детей. Дети растут в этой нездоровой атмосфере, не имеют никакой модели семьи и социальной адаптации. Они полностью дезориентированы в мире. Происходит подмена всех христианских, нравственных, этических и семейных ценностей; оскорбление христианских чувств верующих людей, пришедших за духовной помощью….
   За последние несколько лет оттуда ушли и прекратили общение несколько семей, отказавшиеся от разрушения своей семьи и сожительства с другими членами секты. Теперь они объявлены врагами, и против них идет война. Их обвиняют в кражах, мошенничестве и т.п., подают сфабрикованные иски в суд.
   Согласившись жить в этой секте и продав свое имущество, человек фактически становится рабом. При несогласии с общим учением и желанием уйти, он уже не может ничего забрать и бывает выброшенным на улицу без средств к существованию. Дети остаются без родительского наследства.
    Прошу разобраться в ситуации и уберечь детей от морального разложения.

Кудрявцева Г.В."

 

№8 (93) от 5 октября